ВОСПРИЯТИЕ И МЫШЛЕНИЕ СОБАКИ

эксперименты и исследования в области эмоций, мысления и восприятия
Администратор О, да! Я крут!
Фрэнк Перехрюкин-Заломай
вручается диплом Награда почетная грамота кубок за 2900 сообщений Награда Награда большой кубок
Сообщений: 11690
Дуловце, Словакия
3 часа назад
Ну и остается последний аспект культурного интеллекта- способность осознанно упражняться в какой-то деятельности.
Вот тут нужно признать, что наука не располагает доказательствами или хотя бы убедительными наблюдениями, чтоб собаки осознанно, целенаправленно и без внешнего принуждения (команды) упражнялись в совершенствовании какого-то навыка, умения.
Ближе всего к упражнениям находятся охотничьи игры, когда собаки поочередно играя в охотника и дичь, упражняются в совершенствовании охотничьих навыков и техник. Наверное именно здесь находятся истоки осознанного стремления совершенствовать навыки и умения. Но в самой игре отсутствует осознанность.
Игра спонтанна. Животные не начинают играть потому, что решили в игровой форме отработать технику защиты и атаки. Они просто пришли в подходящее настроение и начали игру, просто потому, что им нравится играть. Не задумываясь, полезна, нужна игра или нет.
У людей в большинстве видов деятельности присутствует элемент осознания. Сама деятельность может и не иметь никакого смысла. Например нет ни пользы, ни смысла в умении ребенка сделать сальто, но ребенок упорно повторяет (несмотря на усталость, синяки и шишки) странные теложвижения снова и снова, пока не научится делать сальто красиво.Собака же повторяет какие-то движения в том случае, если они имеют смысл или хотя бы нравятся, доставляют удовольствие. Например собака, катающаяся по льду на картонке (или на скейтборде) занимается этой бесполезной для нее деятельностью с чистой радости движения. Увидела, попробовала, понравилось- и занимается этим при любом удобном случае. Не совершенствуя технику, а "просто так".
Но осознанное упражнение тем и отличается от игры, что упражняться начинают целенаправленно и вне зависимости, насколько упражнение приятно для упражняющегося. Присутствует элемент принуждения, точнее САМОПРИНУЖДЕНИЯ к деятельности, которая может и не слишком приятна. И не имеет какой-то пользы от ее выполнения непосредственно СЕЙЧАС. То есть мотивация, заставляющая выполнять упражнение, должна быть достаточно высокого уровня и главное, выходить за временные рамки "ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС"
Среди моих наблюдений за собаками я не могу вспомнить таких, которые бы могли, хоть бы и с натяжкой, считаться упражнением. И среди исследований этологов я не нашла описаний. Если кто-то может описать наблюдения, похожие на целенаправленные упражнения в деятельности, буду очень благодарна, если ими поделитесь.
Администратор О, да! Я крут!
Фрэнк Перехрюкин-Заломай
вручается диплом Награда почетная грамота кубок за 2900 сообщений Награда Награда большой кубок
Сообщений: 11690
Дуловце, Словакия
3 часа назад
Восприятие собаки. Кто-то из ученых заявлял, что собаки не воспринимают изображение в телевизоре как изображение. А лишь как скопище вспыхивающих точек. Однако судя по этим фото, вряд ли собаки так заинтересованно рассматривают какие-то вспыхивающие точки.




А вот эта явно заинтересована собственным отражением
Администратор О, да! Я крут!
Фрэнк Перехрюкин-Заломай
вручается диплом Награда почетная грамота кубок за 2900 сообщений Награда Награда большой кубок
Сообщений: 11690
Дуловце, Словакия
3 часа назад
О возможностях мозга вообще мало известно. Мозг собаки среднего размера величиной с лимон. Это дает повод скептикам усомниться в интеллектуальных способностях собак. Дескать, разве могут собаки по сложности мыслительных процессов и переживаний даже близко сравниться с людьми?
А что тогда крысы? Обыкновенный пасюк невероятно хитер и очень быстро учится. А птицы? Попугай жако, мозг которого размером с орех, способен решать логические задачи, с которыми дети начинают справляться в возрасте около 7 лет. Всем известно о большой сообразительности ворон. Притом у птиц, как говорят ученые, даже неокортекс не развит. Чем же тогда они думают???

Даже совсем маленькие птички способны к сложным переживаниям, которые трудно объяснить одними инстинктами. Весь мир поразила серия фотографий. Пара ласточек летела над дорогой, причем самочка ударилась о проходящую машину и была тяжело ранена. Самец пытался ей помочь, но она все равно погибла.






Если сложные чувства доступны крохотным пташкам, что говорить о животных с намоного более развитым мозгом. Очень многое они понимают и переживают не мнеее остро, чем люди. Просто людям гораздо удобнее считать животных тварями без чувств, движимых одними инстинктами...
Редактировалось: 1 раз (Последний: 13 декабря 2015 в 00:32)
Администратор О, да! Я крут!
Фрэнк Перехрюкин-Заломай
вручается диплом Награда почетная грамота кубок за 2900 сообщений Награда Награда большой кубок
Сообщений: 11690
Дуловце, Словакия
3 часа назад
В тему об интеллекте птиц и эффективности их мозга

.......Надо сказать, что до недавнего времени психику птиц традиционно недооценивали, и не только из-за небольшого размера их мозга, но и из-за специфики его строения. Мозг птиц лишён шестислойной новой коры (которая есть у млекопитающих), и эволюция его шла за счёт преобразования ядер стриатума, или полосатого тела.

Стриатум древнее коры, и функции его проще, чем у неё, поэтому центральную нервную систему птиц воспринимали как примитивную структуру, не предназначенную для осуществления высших когнитивных функций, которые выполняет новая кора млекопитающих.

Со временем, однако, точка зрения на птичий мозг стала меняться, — он оказался сложнее, чем думали. Для того чтобы разобраться в достаточно сложном его устройстве, необходимо знать некоторые детали. Мозг птиц включает несколько полей с определёнными функциями. Каждое поле состоит из структурных компонентов — глии, нейронов и нейроглиальных комплексов. Нейрон, как известно, информацию передаёт, глия ему помогает, а нейроглиальный комплекс, по-видимому, информацию анализирует, как это делают клеточные колонки коры млекопитающих. (Колонка — это группа нейронов, расположенная в неокортексе головного мозга перпендикулярно его поверхности, объединяющая нервные клетки разных слоёв коры.)

В целом прогресс мозга позвоночных, по формулировке известного российского биолога Леонида Викторовича Крушинского, сопровождается возрастанием двух связанных между собой качеств — структурной дискретности и функциональной и структурной избыточности. Было установлено, что, несмотря на различия в пространственной организации нейронных сетей стриатума птиц и новой коры млекопитающих, их становление и развитие в эволюции определяются одними и теми же морфологическими закономерностями. Прогресс центральной нервной системы высших позвоночных животных сопровождали ключевые изменения. Во-первых, увеличивалось общее число нейронов, клеточных популяций и переходных форм между ними; во-вторых, возрастали все виды тканевого и клеточного полиморфизма в пределах каждого типа нейронных сетей; в-третьих, формировались модули — сложные надклеточные структурно-функциональные единицы обработки информации.

Исследования, проведённые нами на кафедре биологии Чувашского государст-венного педагогического университета им. И. Я. Яковлева, позволили дополнить эти критерии. Оказалось, что с прогрессом в развитии мозга птиц связаны также степень его асимметрии и закономерности взаиморасположения (степень агрегации) его клеточных и надклеточных структурных компонентов.

Есть ли у врановых какие-то особенности, отличающие их мозг от других птиц? Для этого ворону нужно с кем-то сравнить — например, с голубем. Голуби действительно не отличаются большой сообразительностью, и многочисленные работы профессора Зои Александровны Зориной и её коллег с биологического факультета МГУ позволили в деталях выяснить, в чём именно голуби глупее ворон. Серые вороны способны оценивать величину множеств и хранить такую математическую информацию не только в конкретных образах, но и в обобщённой, отвлечённой форме, которую птицы могут связать, например, с арабскими цифрами; они могут видеть аналогии в форме объектов, не обращая внимания на цвет этих объектов. То есть птицы как бы представляют отдельный признак «в уме», без привязки к конкретному предмету. Голуби такой процедуре научаются гораздо медленнее. Кроме того, установка на обучение у голубей практически не формируется, тогда как у врановых она появляется достаточно быстро и на основе оптимальной стратегии. Очевидно, что различие в когнитивных способностях объясняется различиями в строении мозга птиц этих двух видов.

Удалось выяснить, что у вороны в мозге в два раза больше нейронов, чем у голубя, и в два раза выше их удельная плотность. При этом нейроны и глия в мозге у вороны мельче, а нейроглиальные комплексы крупнее, чем у голубя.

Эффективность мозговой деятельности определяется не только числом и площадью нейронов, глии и нейроглиальных комплексов, но и их расположением в пространстве, от которого зависит способность нейронов «переговариваться» между собой. Взаимное расположение клеток мозга можно охарактеризовать с помощью расстояния между произвольной парой наиболее близких клеток. Средние расстояния между клетками образуют так называемую матрицу близости клеток, свою для каждого изучаемого поля мозга. Такая матрица служит удобным инструментом оценки структурированности мозга. С её помощью нам удалось установить, что взаимная близость (агрегация) нейронов и нейроглиальных комплексов у вороны намного больше, чем у птиц семейства вьюрковых. То есть у ворон структурные компоненты мозга расположены ближе друг к другу, что ускоряет и оптимизирует работу нервных цепочек. Улучшение работы нейронов и нейроглиальных комплексов могло произойти за счёт того, что у нервных клеток увеличилась степень ветвления — у них начало образовываться больше дендритов, а это, в свою очередь, стало возможно за счёт уменьшения площади сомы (тела клетки).

Итак, своей исключительной сообразительностью вороны обязаны особенностям нейронной архитектуры. Но всё же птицы, в том числе и врановые, заметно уступают млекопитающим по общему числу нейронов. Если в мозге вороны 660 млн нейронов, то у зверей их число измеряется десятками миллиардов. Что же позволяет врановым решать задачи наравне с некоторыми приматами? Дело в том, что у млекопитающих в эволюционном ряду плотность клеточных элементов уменьшается, а у птиц она увеличивается, в том числе и за счёт объединения одиночных нейронов и глии в вышеупомянутые нейроглиальные комплексы. Видимо, в связи с обретением способности птиц к полёту при необходимости, с одной стороны, максимального облегчения общей массы, а с другой — ускорения движений в их мозге произошла кардинальная оптимизация механизмов обработки информации. Это потребовало иного структурно-клеточного решения: вместо колончатой структуры, характерной для млекопитающих, у птиц развились шаровидные комплексы клеток. Эти комплексы стали важнейшими структурно-функциональными единицами мозга птиц, по эффективности не уступающими нейронным колонкам в мозге зверей.



Из наблюдений разных людей

У меня во дворе орех большой, эти жопы подбирают, взлетают и бросают тупо на асфальт, частенько подхожу, подбираю орех, сидят тупо смотрят, раздавливаю его ложу на место, так эти морды привыкли начали складывать мне под калитку, и при чем только тогда когда я во дворе, жена прикалывает говорит они тебе скоро в дом носить начнут и яйца с курями нести

Наблюдал как две вороны пытались похитить щенка у собаки - одна отвлекала, а вторая пыталась проникнуть в будку.

Рассказывала жена. Шла с тяжёлой сумкой с продуктами. Остановилась отдохнуть возле скамейки. На этой лужайке обитал крупный ВОРОН. Начал "тиранить" сумку с продуктами. Жена отломила ему кусок булки, он взял этот кусок и, внимание!!! ОТНЁС этот кусок серым воронам, которые "тусовались" неподалёку!!! Жена заметила, что этот ворон был довольно "ручным" и с кольцом. Людей не боялся, подходил очень близко.Тем более, когда-то прочитал, что ворОны стараются держаться подальше от МУЖЧИН в возрасте от 15 до 30, ориентировочно. То есть, знают самый "опасный" возраст "у мальчиков"!

живу в своем доме.как то достали вороны(воровали еду у собаки кур).решил одну застрелить и вывесить как пугало.зарядил ружьё и выхожу из дома.вороны вмиг разлетелись.я спрятался в будке напротив дома и жду. через минуту прилетает одна ворона и садится не на деревья а на крышу дома(видимо заведомо зная что по крыше я стрелять не буду).и начинает вести разведку (осматривая окресности). через минуту она меня вычислила.сидела и смотрела в мою сторону и никуда не улетала.пришлось сдаться.вышел из укрытия и пошел домой.через минуту вернулись вороны.больше я на них не охочусь.

увидел я как-то ворона, сидящего на ограде. как раз с собой орешки в кармане были, протягиваю ему на ладоне. вижу, что орехов ему не хочется. но ворон все-таки вежливо берет у меня с руки эти орехи и ждет, когда я уйду. а ухожу за угол и осторожно выглядываю - ворон убедился, что я его не вижу, и выбросил орехи. деликатная птица.

Прикольно наблюдать в парке, как белку угощают орешком, она бежит его закапывает, а ворона тут же прилетала и раскапывала))) или еще видела, как обычная серая ворона ложила орешек на трамвайные пути

Лично видел, как пара ворон, ограбила собаку - стащили нехилый кусок мяса. Это было реально круто! Жалко было пса - на ровном месте остался без еды. Надо было видеть его глаза!!!
Администратор О, да! Я крут!
Фрэнк Перехрюкин-Заломай
вручается диплом Награда почетная грамота кубок за 2900 сообщений Награда Награда большой кубок
Сообщений: 11690
Дуловце, Словакия
3 часа назад
Выше говорилось о методиках венгерских ученых, последователей Чаньи, кторые учили собак спокойно лежать в аппарате МРТ.
Эта статья упоминает о результатах.

То, что очевидно для всех, кажется ученым нуждающимся в дополнительных проверках. Именно поэтому итогом их работы оказываются не смутные якобы самоочевидные рассуждения, а твердо установленные факты. И именно поэтому венгерские исследователи вот уже много лет проверяют гипотезу, очевидную для каждого хозяина собаки: бобики умеют понимать человеческую речь.

Недавно они опубликовали статью в журнале Science: оказывается, собаки воспринимают интонацию и значение слов по отдельности, причем, как и люди, обрабатывают интонацию правым полушарием мозга, а буквальное значение слова — левым. Теперь, когда этот факт точно установлен, он перемещается из категории милых баек о смышленых домашних питомцах в устрашающую правду об эволюции человеческого разума и языка.

Чтобы добраться до этого результата, нужно немало времени. У венгерских исследователей основное время ушло на то, чтобы научить собак лежать неподвижно в аппарате МРТ. Уважаемый читатель освобождается от этой адовой работы, зато ему придется потратить несколько лишних минут на знакомство с предысторией вопроса.

Итак, 1861 год. Французский хирург и анатом Поль Брока вскрывает мозг пациента, которого персонал больницы называет просто «Тан» — это единственный членораздельный слог, который бедолага был способен произнести. Кроме того, у него была парализована правая часть тела. Брока обнаруживает в левом полушарии мозга Тана здоровенную кисту. Потом — еще полдюжины схожих случаев: правосторонний паралич, нарушение речи, повреждение левого полушария. Брока приходит к выводу, что именно в левом полушарии человеческого мозга находятся зоны, критически важные для речи. Первую из этих зон так и назвали — зона Брока, а потом неподалеку обнаружили зону Вернике и всякие другие хитрые зоны**, без которых люди никак не могут нормально пользоваться человеческим языком.

Девять лет назад появилась забавная работа: оказывается, собаки виляют хвостом асимметрично, причем выбор правого или левого уклона зависит от собачьих эмоций. Если они видят что-то приятное, к чему хочется подбежать или даже игриво куснуть (например, кошку или хозяина), хвост отклоняется вправо. При виде объекта, внушающего угрозу (большой-пребольшой собаки), хвост сильнее виляет влево. Кто-то назовет это примером дурацкой и бесполезной науки, кто-то — первым свидетельством асимметрии собачьего мозга.

Прошли годы, а в далекой Англии тем временем зоопсихологи развлекались опытами на собаках. Собаку помещали посередине между двумя людьми и проигрывали ей записанную заранее фразу: «Ну, давай же!» Когда фраза произносилась механически, по слогам, с четкой артикуляцией, собаки поворачивали головы направо (похоже, у них активизировалось левое полушарие). Когда же фраза произносилась с подчеркнутой интонацией, голова чаще поворачивалась налево.

Примерно в это же время, в 2014 году, главные герои нашего рассказа — венгерские нейрофизиологи — как раз закончили свою дрессировку. Их собаки насобачились спокойно лежать в МРТ-сканере и не выскакивать оттуда без команды. Теперь можно было посмотреть, что творится у них в мозгу. Собакам проигрывали разные звуки, в том числе собачий лай и человечью речь. Результат был таков: в мозгу собак есть центры распознавания голоса, причем они находятся примерно там же, где и у людей, в передней темпоральной доле.

И вот, наконец, настала очередь той работы, ради которой пишется эта заметка. По сути дела венгры скомбинировали методику английских исследователей — произнесение фраз с подчеркиванием интонации или с артикулированием слов — и преимущества своей лаборатории: МРТ-сканер и свору собак, которые его не боялись. Фразы были двух типов: понятные всем псам «Молодчина», «Умная собака» и «Ну вот, хорошо», а также не понятные без контекста никому на свете «как будто», «тем не менее» и «вот такой». На венгерском все это звучит божественно.

Эти фразы могут быть произнесены с ласковой интонацией, а могут — совершенно бесчувственно. Именно такие упражнения и проделывали исследователи со своими заключенными в томограф собаками. И вот результаты: когда звучали понятные собакам слова поощрения — про молодчину и умную собаку, — активизировалось левое полушарие. С какой интонацией они говорились, совершенно не важно. Когда звучало что-то там непонятное, но с теплом и лаской в голосе, — зажигалось правое полушарие. А когда добрые слова и говорились по-доброму, вдобавок к обоим полушариям активировались и зоны вознаграждения (они же «первичного подкрепления») , — это, кстати, то самое, что изучал некстати попавший автору на язык академик Павлов). Если слова были не те, интонация не та или вообще звучало механическое бессмысленное «как будто», реакция зон вознаграждения была значительно слабее.

Что все это значит? Во-первых, это значит, что зоны, отвечающие за распознавание речи (по крайней мере некоторые), в мозгу собаки и человека совпадают. Откуда следует, что они сформировались миллионов за сто лет до того, как возникла собственно речь. Более того, все это время они явно выполняли сходную функцию, раз уж собакам так легко оказалось приспособить их именно для коммуникации с людьми.


Во-вторых, существовала такая красивая гипотеза, что якобы дифференцировка полушарий человеческого мозга на «эмоциональное» и «рациональное» возникла одновременно с изготовлением орудий: в левой руке наши предки держали большой камень, а в правой — маленький, которым колотили по большому с определенной целью, оттуда все и пошло. В подробности вдаваться уже не хочется, потому что, если у собак функции полушарий распределены так же, этой гипотезе пора окончательно отправиться в утиль.

Истоки нашего мышления надо искать не у австралопитеков, а у куда более древних зверей. Общий предок человека и собаки, то есть приматов и лавразиотериев, по совместительству еще и общий предок большинства плацентарных млекопитающих, кроме горстки весьма экзотических тварей. И если окажется, что и у слона, и у кенгуру с утконосом полушария специализированы так же, это значит, что вот эта наша знаменитая способность к овладению языком родом из мезозоя. Долго же мы готовились к тому, чтобы проявить такие врожденные задатки.

Авторы работы так далеко не заглядывают. Они предлагают для начала проверить волков. Возможно, говорят они, выделение в мозгу собак «речевой зоны» — недавняя адаптация к сожительству с человеком. С этого мы и начали: ученые продвигаются в своих исследованиях раздражающе медленно, особенно если для этого приходится учить волка смирно лежать в томографе. Зато с результатами уже не поспоришь.

И вот что еще важно сказать: никакой «зоны Брока» — той самой, которая позволяет людям пользоваться языком в высоком смысле Ноама Хомского, — у собак, скорее всего, нет. Мой личный опыт наблюдения за барбосами подсказывает, что понимают они отдельные слова, а никак не грамматику. Моя собака, например, плохо реагирует на слово «шапка», потому что идея пустить мерзавца на изготовление меховой шапки высказывалась в контексте нежелательных поведенческих паттернов. Если о шапках говорят в каком-либо ином контексте, он не способен уловить разницу и все равно поджимает хвост.

Впрочем, ученым предстоит поставить пару-тройку опытов, чтобы подтвердить — или опровергнуть — это мое наблюдение. А о том, что собаки все же не люди, мы знаем и без них.
Источник: snob.ru
|
Перейти на форум:
Страницы: Первая Предыдущая 3 4 5 6 7
Быстрый ответ
Чтобы писать на форуме, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.